Цена памяти: голливудские реликвии

Цена памяти: голливудские реликвии
Иллюстрация: Guy Shield

Бластер Хана Соло продают с молотка за сотни тысяч долларов, а не менее ценный «настоящий» костюм Железного человека похищают. Коллекционирование реликвий «фабрики грез» на наших глазах превратилось в серьезный бизнес. Но большая его часть пока в тени — эксперты регулярно находят подделки, а в новостях шоу-бизнеса появляются сообщения о крупных кражах. THR расспросил сотрудников аукционных домов, коллекционеров и даже полицию, чтобы разобраться в этой типично голливудской затее — как заработать миллионы на иллюзиях и ностальгии.

Щит Капитана Америка, маска Роберта Дауни мл. из «Железного человека» и набор когтей X-23 из «Логана» — вот далеко не полный список того, что было украдено в феврале со склада в Ранчо-Кукамонга в Южной Калифорнии. Двое воров уже в руках правосудия, и их судьбу определит прокуратура округа Сан-Бернардино. Добыча преступников оценивается в миллион долларов, а большую часть украденной коллекции, принадлежащей гастролирующему по комик-конам музею Стэна Ли, еще предстоит найти.

Примерно в то же время в 60 милях от Ранчо-Кукамонга с другого склада в Пакоиме пропал костюм Железного человека, ориентировочная цена которого — 325 $ тыс. Дело еще не раскрыто и пока не ясно, связаны ли ограбления между собой.

Эти два преступления вместе с другими значительными кражами — похищением коллекций Стива Сансвита, экс-главы отдела по связям с фанатами студии Lucasfilm, и Джо Кесада, бывшего креативного директора Marvel, — подтверждают слова экспертов о взрывном росте всеобщего интереса к голливудским реликвиям. Торговля личными вещами звезд или предметами со съемок культовых фильмов на глазах превращается в большой бизнес.

Десять лет назад оборот в этой сфере удвоился с 20 $ млн до 40 $ млн в год, сейчас он оценивается уже в 400 $ млн. «Мне из хедж-фондов уже звонят, хотят вложиться в этот рынок», — говорит Даррен Джулиен, директор компании Julienʼs Auctions.

Кроме того, после десятилетий игнорирования в Голливуде началась официальная канонизация подобных артефактов — они займут заметную часть экспозиции нового музея Американской киноакадемии и Музея нарративного искусства Джорджа Лукаса.

Консультант по предметам для коллекционирования Джеймс Комисар, к которому часто обращаются для подтверждения подлинности вещей, так объясняет происходящие сейчас на этом рынке колебания: «Неприлично богатые коллекционеры готовы укокошить друг друга в борьбе за объекты, которые можно узнать из дальнего конца комнаты, к которым не нужны поясняющие таблички и от одного вида которых перехватывает дыхание».

Охота за следующей порцией предметов не останавливается ни на минуту. Аукционные дома постоянно пытаются наладить отношения со студиями в расчете поживиться чем-нибудь ценным со съемок или ищут способы заполучить вещи звезд. В последнем им помогают смерти, разводы или долги. «Вот ими я каждый день занимаюсь», — говорит хозяин аукциона Profiles in History Джо Маддалена, который продал вещей актрисы Дебби Рейнолдс до и после ее смерти на 25 $ млн. Стив Сансвит шутит, что за ним по пятам ходят аукционные дома и интересуются коллекцией: «Названивают и говорят, что готовы продать ее в любое время».

***

Дебби Рейнолдс была одним из самых знаменитых коллекционеров в Голливуде. Ей принадлежали, в частности, такие реликвии, как рубиновые туфельки Дороти из «Волшебника из страны Оз», котелок Чарли Чаплина и то самое белое платье Мэрилин Монро, которое задирал ветер из подземки в «Зуде седьмого года» Билли Уайлдера.

Кадр из фильма «Зуд седьмого года»

Начало этого собрания положил исторический аукцион в мае 1970-го, когда студия MGM в попытке облегчить свое сложное финансовое положение пустила с молотка тысячи вещей из классических фильмов. Считается, что эра коллекционирования голливудских реликвий началась именно с этих торгов.

«Народ из Нового Орлеана увозил костюмы грузовиками, чтобы потом надеть их на парад Марди Гра», — вспоминает те дни известный специалист по истории кинокостюма Гленн Браун, который был тогда одним из организаторов события (он также был дизайнером некоторых предметов на торгах — например, наряда Кларка Гейбла из фильма «По широкой Миссури»).

Сейчас, по мнению Брауна, интерес к такому коллекционированию только возрос: «Вещи, связанные с главными звездами того времени Джуди Гарлэнд и Джоан Кроуфорд, продаются в сто раз дороже, чем они уходили на том аукционе. К тому же появляются копии, подделки, которые потом всплывают в каталогах как оригиналы».

Проверка подлинности артефактов поп-культуры осложняется другими уникальными для них парадоксами: эти вещи сами по себе не настоящие, они не рассчитаны на долгое использование, и их ценность исключительно символическая. Те же, кто вываливает за них огромные деньги, — безнадежные романтики, ведь ими движет непоколебимая вера в иллюзии на киноэкране.

«Когда те же самые люди приобретают компанию, они все миллион раз проинспектируют и никому не будут верить на слово — осмотрительность часть бизнеса, — говорит о противоречиях в характере типичных богатых покупателей продюсер сериала «Вице-президент» Дэвид Мендель, который сам собирает комиксы и все, что связано со «Звездными войнами». — А когда они берут что-то для своих коллекций, то на многое не обращают внимания и, кажется, рады обманываться».

На этом поле процветают воровство и подделки, потому что здесь пока не появилось такой внутренней структуры, защищающей коллекционеров, какие есть в похожих сферах — собирании спортивной атрибутики или предметов искусства. Кроме того, полиция не так серьезно относится к кражам предметов из мира шоу-бизнеса, как к похищению живописи.

Многие, кого THR опрашивал в процессе подготовки материала, согласились, что представители власти предвзяты, потому что считают картины настоящим искусством, а спортивные реликвии интригуют их самих. «Когда я пытался объяснить полицейскому примерную стоимость украденного, он хмыкнул и удивленно спросил: „Да кто в своем уме заплатит такую кучу денег за это?“» — описывает нам свои контакты с законом одна из жертв недавнего ограбления.

На аукционе в Лас-Вегасе цена на бластер Хана Соло из «Возвращения джедая» достигла $550 тыс.

***

Киностудии на протяжении всей своей истории выбрасывали, сжигали, перерабатывали массу предметов и на уровне руководства относились к тому, чему сейчас поклоняются, как к мусору, который занимает драгоценные павильоны.

Другая проблема, сокращающая срок жизни подобных вещей, — материалы, из которых обычно делают реквизит, невероятно сложно хранить. Директор архива NBCUniveral Джефф Пиртл объясняет, что латекс, например, просто рассыпается как старая газета, и единственный способ оставить его потомкам — закрыть в помещении с контролируемым климатом, да еще в специальном контейнере.

Сейчас перспектива дополнительного заработка и стремительно расширяющееся многообразие фанатских субкультур превратили фойе главных лос-анджелесских кинотеатров в настоящие выставки, посвященные актуальным релизам. Они призваны заинтересовать рядовых членов киноакадемии, чтобы те потом голосовали за них перед вручением «Оскаров», а также разогреть рынок перед дальнейшей продажей экспонатов.

Знаменитый автобус из боевика «Скорость» купили за $102 тыс.

Набирает обороты и продажа вещей сразу после завершения съемок блокбастера или крупного телевизионного проекта. Так студии не только зарабатывают, но и делают лентам дополнительную рекламу. Кстати, это способствует процветанию торговли дорогими официальными сувенирами-репликами.

Например, в мае онлайн-продавец билетов Fandango объявил, что совместно с Universal выпускает ограниченным тиражом под выход фильма «Мир Юрского периода 2» бутафорские головы динозавров по $25 тыс. каждая, сделанные теми же мастерами, что работали над реквизитом для картины.

Установление подлинности в мире визуальных чудес и иллюзий — бесконечное испытание на внимательность и выносливость. Если неизвестны происхождение вещи и цепочка предыдущих собственников, на плечи аукционистов и покупателей ложатся отсев подделок (их могут выставить на торги умышленно или нечаянно) и более сложная задача — идентифицировать, появлялась ли конкретная вещь на экране или это один из дублей, которые на студиях заготавливают в избытке, но никогда не используют на съемках (стоят они значительно меньше). «Когда перчатки Майкла Джексона идут по $400 тыс., появление подделок неизбежно», — вспоминает рекордные торги 2009 года Джулиен.

Но самое большое препятствие в расследовании истинного происхождения вещей — это необоримое желание потенциальных покупателей верить. «Коллекционеры привыкли надеяться, они стараются видеть только хорошее, — признается директор по шоу-бизнес-атрибутике аукционного дома Bohmans. — Они не обращают внимания на явные тревожные звоночки».

Профессиональный оценщик Лора Вулли так объясняет поведение клиентов: «Все это крайне эмоционально. Люди покупают свою память, пору невинности, чувство, что они могут вернуть молодость, или неуловимое ощущение познания самой природы кино. Я видела слезы на глазах у очень богатых и хладнокровных людей, когда они смотрели эти предметы».

Популярность и стоимость предметов коллекционирования зависит от платежеспособности поколения. Сейчас в США на коне рожденные в 1950-е, и поэтому самые востребованные вещи на рынке связаны со «Стартреком» и Мэрилин Монро. А то, что собирали их родители — редкие монеты и антикварная мебель, — падает в цене, ведь покупателей становится все меньше.

 

***

Многие начинают коллекции как инвестиционный портфель, для кого-то узнаваемые и дорогие вещи — еще один способ показать свой статус, но для большинства главный импульс — ностальгия. «В этих штуках есть какая-то странная сила, она превращает их в прямой канал в прошлое», — говорит Джейкоб МакМюррей, старший куратор Сиэтлского музея популярной культуры. По его мнению, в объектах соединяется искусство и личная память человека: что происходило в жизни и каким был мир вокруг, когда его в первый раз зачаровал любимый фильм или сериал. История вокруг вещи важнее, чем сама вещь.

Мендель, чья гигантская коллекция полностью заполнила его старую холостяцкую квартиру в Лос-Анджелесе, соглашается с МакМюрреем: «Я читал комиксы о Людях Икс, когда в детстве лежал в больнице после удаления аппендикса. И теперь, когда у меня перед глазами оригинальная обложка того самого сборника, я переношусь в то время. Это путешествие вырывает меня из реальности».

Скафандр Рипли из «Чужого» был продан за $204 тыс.

Директора аукционных домов рассказали и о другой стороне этого эмоционального бизнеса: каждый день им приходится протыкать мыльные пузыри, в которых живут счастливые до этого момента коллекционеры. «Знаком ли был ваш папа с Мэрилин Монро? Может быть, но это не ее автограф, — описывает типичную ситуацию Маргарет Барретт из Heritage Auctions. — Мы часто ставим под сомнение семейные легенды, хотя это очень грустно».

Маддалена из Profiles of History анализирует особенности подделок вещей из старых фильмов, которые сбивают с толку неспециалистов: «Они бывают так хорошо сделаны, что не сразу понятно, оригинал ли перед нами». Основные признаки, выдающие фальшивки, — блеск (в кадре все было матовое, чтобы не давать лишних бликов) и слишком подробная детализация (о ней до наступления цифровой эры высокой четкости никто не заботился).

Джейсон ДеБорд, основатель блога, посвященного коллекционированию реквизита, обратил внимание на еще одну характерную черту этого бизнеса — отсутствие критиков и ученых-искусствоведов и призывает аукционистов работать крайне тщательно, чтобы даже по ошибке не допустить «отмывание» подделок: «Ведь если вещь прошла через торги, она становится респектабельной и далее независимо ни от чего будет считаться настоящей».

Дон Хрычик, детектив из отдела по кражам предметов искусства лос-анджелесского управления полиции, добавляет: «Расследования на этом поле затруднены. Часто никто, кроме человека, сделавшего эту вещь, не может идентифицировать — реальная она или нет. Да и ему нужно ее в руках повертеть обязательно».

Но бывают случаи, когда источник подделок — сам мастер. «Они сделали для фильма шесть штук, но потом нашлепали еще двадцать точно таких же и тихо продают коллекционерам как „использованные на съемках“. Пойди после этого отследи, какая конкретно вещь была на экране», — расписывает схему ДеБорд.

Костюм главного героя фильма «Супермен 3» ушел с молотка за $200 тыс.

Раз на рынке нет традиционных институций и средств контроля, краденое и подделки помогают выявить социальные сети. Фанаты в блогах и на форумах часами по деталям разбирают каждую вещь, всплывшую в новостях или в каталоге аукциона, и если, по их мнению, что-то не так, поднимают шум. Например, в мае Profiles in History сняли с торгов световой меч Оби-Вана Кеноби после того, как пользователи соцсетей усомнились в его подлинности.

«Заинтересованным фанатам доступно больше записей, видео и фотографий, чем знаменитостям или даже членам съемочных групп», — замечает Джулиен. Но даже если критика в соцсетях не всегда взвешенная и доказанная, аукционные дома все равно могут снять вещь с торгов — она становится на профессиональном жаргоне «подгорелой» и ее продажа принесет больше репутационных рисков, чем реальной прибыли.

Костюм Железного человека, украденный зимой, может, и всплывет в чьей-нибудь коллекции или будет найден, а может, и нет. В любом случае студии теперь озаботились сохранностью подобных активов и защитой их от подделок. Гленн Браун предупреждает: «Уже несколько лет в Голливуде в ткани костюмов добавляют ДНК. И в каждом случае есть подробная запись, где это включение». Может быть, это человеческий волос, зашитый под подкладку? Но Браун отказывается раскрывать подробности. Вдруг этот материал прочитают злоумышленники, а подделать можно все что угодно.

Украденный костюм Железного человека оценивается в $325 тыс.

Материалы по теме

  • Ретро-костюмы Бэтмена и Супермена будут проданы на аукционе

    17 января 2017 / Редакция THR Russia

    Костюм Супермена стоит на пять тысяч долларов дороже.

    Комментировать
  • Костюм Бэтмена продали за 41 тысячу долларов

    30 января 2017 / Редакция THR Russia

    Но это не самый дорогой костюм в истории.

    Комментировать
Система Orphus

Комментарии

comments powered by Disqus

Письмо редактора