Рецензия: «Сын Саула»

Рецензия: «Сын Саула»
Кадр из фильма "Сын Саула"

Несколько дней из жизни Саула, венгерского еврея в Освенциме, — привилегированного и презираемого остальными члена зондеркоманды, в чьи обязанности входит утилизация тел. 

Давно потерявший семью, несущий ад внутри и окруженный адом внешним, он внезапно уверует в то, что мертвый мальчик, только что принесенный, вероятно, из газовой камеры, — его сын. Саул убеждает лагерного врача не делать вскрытие, запрещенное еврейским погребальным обрядом, прячет тело и пытается найти среди заключенных раввина, способного правильно и тайно похоронить ребенка.

И хотя мы не знаем ничего о жизни персонажей за пределами этих нескольких дней, время действия определить несложно — начало октября 1944 года, наступление Советской армии, единственное за всю историю Освенцима восстание, поднятое зондеркомандой. Дальнейшие события развиваются стремительно, и Саул, вместе с неотступно следующей за ним камерой, покидает пределы своей тюрьмы.

Путь героя короток, дорога фильма к зрителю растянулась на годы. В 2005-м Ласло Немеш, в семье которого обе ветви пострадали от холокоста, прочитал «Свитки Освенцима» — записки участников зондеркоманды, обнаруженные уже после войны. Это были голоса мертвых — именно им Немеш захотел предоставить слово.

В начале 2010-х он подготовил первые варианты сценария вместе с французской писательницей Кларой Ройер. Потом были годы поисков финансирования, отказ из Берлина, затем — конкурс Каннского фестиваля, Гран-при, благословение от автора «Шоа» Клода Ланзманна, триумф в венгерском прокате и, наконец, «Оскар» за лучший фильм на иностранном языке.

Несмотря на свой юный вид, дебютант-триумфатор — вовсе не вундеркинд. Ему почти сорок, он жил и учился в Париже и Нью-Йорке, на его счету несколько короткометражек и работа ассистентом на картине Белы Тарра «Человек из Лондона». Это имя присоединяет Немеша к традиции интеллектуального венгерского кино: «Сын Саула» — гипертекст, состоящий из многослойных литературных и библейских аллюзий; безвестная польская речка в окрестностях Кракова однажды становится рекой Иордан.

Однако фильм не перегружен цитатами, они упрятаны глубоко в подтексте, их можно замечать или не замечать — любого зрителя он сражает наповал именно как опыт погружения в воспаленное сознание героя и в повседневность фабрики смерти (кинокритик The Guardian Питер Брэдшоу приравнял картину по силе воздействия к «Иди и смотри» Элема Климова). Однако не в последнюю очередь «Сын Саула» — еще и формальный эксперимент.

В XX веке было снято не сколько великих картин о холокосте, но другая эпоха предлагает новый язык и требует иного осмысления. В своих интервью Немеш предстает традиционалистом, стоящим на плечах у Микеланджело Антониони и Андрея Тарковского; «Сын Саула» стал единственным фильмом в конкурсе прошлого Каннского фестиваля, который не только был снят на 35-миллиметровую пленку, но и показан с нее.

Таким же — исключительно пленочным — режиссер представлял и широкий прокат своей картины. Однако сам угол зрения (из чрева кита, пожравшего Иону), столь заметно отличающий ленту от других высказываний на тему, стал возможен только сегодня — в эпоху цифровых камер, беспорядочного потока роликов YouTube, видеоарта и компьютерных игр, где, как и в «Сыне Саула», выдуманный персонаж от нашего имени отправляется в опасное (и скорее всего, последнее) путешествие.
Мы физически ощущаем лихорадочное безумие героя, даже его истощение, его тошноту. Окружающую реальность мы видим, как и он, урывками — фрагменты живых и мертвых тел, детали механизмов крематория. Он на бегу, и мы на бегу, будто с безумным гоу-про на голове.

И в этом смысле символ прошлого века — пленочное изображение вступает в некоторый (хотя и не фатальный) конфликт с концепцией, однозначно продиктованной сегодняшним днем. Зритель больше не может три часа вживаться в судьбу Оскара Шиндлера, его надо сразу же швырнуть в кипяток.

«Сын Саула» (Saul fia) / Венгрия, 2015 г., 107 мин. Режиссер: Ласло Немеш. В ролях: Геза Рериг, Левенте Молнар, Урс Рехн, Тодд Шармон, Ежи Валцак, Шандор Жотер, Марцин Чарнецки, Левенте Орбан. В прокате с 14 апреля (Russian World Vision)

Материалы по теме

  • Канны 2015: Все фильмы основного конкурса

    13 мая 2015 / Редакция THR Russia

    Эти девятнадцать картин будут соревноваться за призы главного фестиваля планеты.

    Комментировать
  • Канны 2015: Золотую пальмовую ветвь получил «Дипан» Жака Одиара

    24 мая 2015 / Редакция THR Russia

    Награду за лучшую женскую роль поделили Руни Мара («Кэрол») и Эмманюэль Берко («Мой король»).

    Комментировать
Система Orphus

Комментарии

comments powered by Disqus

Письмо редактора