Венеция 2015. «Франкофония» Александра Сокурова и «Большой всплеск» Луки Гуаданьино в дневниках THR

08.09.2015Александра Суздалева

Призраки и символы прогуливаются по парижскому музею, а страсть и ревность разыгрывают фарс на фоне Средиземноморья.

Александр Сокуров снял картину о Лувре во время немецкой оккупации, ставшую своего рода сиквелом его «Русскому ковчегу», отправляющему зрителя путешествовать по Зимнему дворцу. «Франкофония» - это ода искусству и людям, готовым идти на жертвы ради его спасения. Это размышление о важности сохранения культуры даже перед лицом трагических событий.

Голос режиссера за кадром и документальная хроника перемежаются сценами с участием директора парижского музея Жака Жожара и немецкого офицера графа Вольфа-Меттерниха (вместе они сохранили большую часть коллекции от разграбления). По коридорам Лувра проносится символ Франции Марианна, приговаривая «Свобода! Равенство! Братство!», не спеша прохаживается призрак Наполеона, указывая на собственные портреты. Нашлось место даже крепко спящим Толстому и Чехову.

Сокурова любят в Венеции, считая одним из выдающихся русских авторов. В 2011-м он уже получал «Золотого льва» за «Фауста», да и сейчас его фильм является одним из фаворитов конкурсной программы среди критиков и зрителей (что в общем-то никак не влияет на решение жюри). «Это субъективное повествование, - сообщает режиссер. - Не публицистическое, не историческое. Мы хотели бы помочь вам почувствовать волнение от каких-то идеальных и очень масштабных событий. Волнение сердечное, а не в голове. Волнение сердца, души».

«Больший всплеск» Луки Гуаданьино – один из самых ожидаемых показов фестиваля – прессу разочаровал. Режиссер снимает Тильду Суинтон с 1999 года: его дебютная работа «Протагонисты» была представлена здесь же, в Венеции. А уже в 2009 случился международный успех с драмой «Я – это любовь», где актриса снова была его музой.

Во «Всплеске», ремейке «Бассейна» Жака Дере 1969 года, Суинтон играет рок-звезду Мариэнн, реабилитирующуюся после операции на связках где-то в итальянской провинции вместе со своим возлюбленным Полом, молодым режиссером (Маттиас Шонартс). Идиллию нарушает появление бывшего любовника Мариэнн, гиперактивного Гарри (Рэйф Файнс) и его дочери Пенелопы (Дакота Джонсон), не по годам раскованной красотки.

Гарри всеми способами пытается вернуть бывшую, бывшая надевает наряды, сшитые Рафом Симонсом, и на фоне средиземноморских пейзажей смотрится как картинка из глянцевого журнала. Она сомневается, вспоминает прошлое и пытается доказать, что счастлива сейчас. Режиссера в это время соблазняет нимфетка. Страсть и ревность, казалось бы, должны привести к трагедии, но приводят они скорее к фарсу, когда уже не страшно и не смешно, а просто обидно.