Интервью представлено в формате видеоверсии, его расшифровку можно прочитать ниже. THR: В конце 60-х вы с Джорджем Лукасом совершили настоящую революцию в Голливуде – придя на рынок как независимые режиссеры, вы смогли переломить студийную политику. Сегодня независимость не редкость, но последним резонансным фильмом было «Криминальное чтиво»…Коппола: Я бы добавил сюда картину Пола Томаса Андерсона. Как там она называлась? Фильм про порнографию. THR: «Ночи в стиле буги».Коппола: Точно, «Ночи в стиле буги». Вот это была революция. THR: Так, по-вашему, чего же не хватает сегодняшним молодым режиссерам, чтобы перевернуть мир?Коппола: Основная проблема в том, что на рынке развлечений сейчас чересчур большая конкуренция. Было время, кинематограф играл в этом ведущую роль. В кино ходили всей семьей, каждую неделю. Приглашали туда друзей, назначали свидания девушкам. Кино и было главным развлечением. Сейчас же, если человек захочет развлечься, у него для этого есть масса вариантов. Прежде всего, это телевидение и кабельные каналы, где он также может посмотреть практически все интересующие его фильмы и другие виды развлечений. Новости это теперь не новости, а способ развлечься.

Джордж Лукас и Фрэнсис Форд Коппола Освещение политики – давно уже не политика, а просто еще один способ расслабиться. Конечно же спортивные передачи, прямые трансляции – вот, что будоражит. Я полагаю, что зрители начинают уставать от подобных «мертвых» развлечений и ищут более «живых» эмоций. Например, от музыкального концерта, что тоже добавляет конкуренции. Все эти шоу The Rolling Stones, Мадонны – это все конкуренты кино. Также в последнее время стали очень популярны музеи и выставки, взгляните хотя бы на Герхарда Рихтера в Берлине. То есть та ниша, которую раньше занимало только кино, пополнилась бессчетным количеством контента. И предсказать, что же из этого выберут люди при ограниченном денежном ресурсе, практически невозможно. К тому же, у сегодняшнего зрителя мозги промыты телевидением. В США выросло уже целое поколение, которое воспитывалось телевидением 40-50-60 лет. У вас конечно, в Советах, было немного по-другому, но все равно, телевидение, по своей сути инфантильно. И учит аудиторию жить «по-быстрому», заводить романы, вести бесконечные разговоры, постоянно есть... это совершенно не тоже самое, что читать Толстого. Книгу еще нужно понять и осмыслить. И если у тебя не получается этого сделать, то это твои проблемы, нет никакого смысла валить вину на автора. Но именно это происходит с кино. Люди идут на фильм, а потом говорят: «Фигня какая-то!». Так что сегодня у молодых режиссеров вдвойне трудная задача. Даже не знаю, что им можно посоветовать в такой ситуации. THR: Тогда, может, пора вам – монстрам режиссуры – придти в это новое медиа, сделать независимые веб-эпизоды, сериалы и показать, как это работает?Коппола: Ну, лично я ближайшие пару лет будут только писать. Потому что за этим стоит гораздо больше, чем... вот например 3D. Все кричат: «Ура! Новые технологии, инновации!». А на самом деле они просто рады, что могут содрать со зрителей больше денег за билет из-за наличия очков. Со своей стороны я, конечно же вижу, что кинематограф сегодня открывает бесчисленное количество возможностей, но самым главным остается подача материала – как рассказать ту или иную историю, существуют ли новые способы для этого, или мы и дальше будем все делать по-старинке? Я понял это после того, как снял три последние картины. Я прошел свое ученичество. И в данный момент я поставил себе более амбициозную цель – добиться большей чувственности. Не думаю, что занялся бы этим без того опыта, который я получил. Фрэнсис Форд Коппола (конец 60-х)THR: Еще до Zoetrope вы работали с Роджером Корманом. Был наш советский фильм «Небо зовет», который вы перемонтировали в «Битву за пределами Солнца». Не расскажете, как это было?Коппола: Я был бедным лос-анджелесским студентом, у меня отключали телефон за неуплату счетов, и я уже начал голодать, когда услышал про открывшуюся вакансию у Роджера Кормана. Роджер Корман в то время был единственным, кто делал хоть что-то. Все студенты киношкол хотели работать с ним. Я крайне нервничал, когда подавал заявку – я ждал телефонного звонка с просьбой придти, но я не оплатил счета, так что знал, что его вот-вот должны отрубить и жутко боялся пропустить тот самый звонок. Все сложилось так, что я его не пропустил. Меня пригласили на интервью. Его проводила крайне интересная женщина. Она была старше меня, но в тот момент я подумал, что это была прекраснейшая женщина, которую я когда-либо встречал. Она была его старшим помощником. Дальше было все, как у Флобера. Я проявил всю свою смекалку, и она наняла меня. Моя работа заключалась в том, чтобы взять тот самый советский фильм, придумать, что говорят его герои – поскольку никто не знал, что они говорят, да и я не разговаривал по-русски – и затем уложить английскую речь. Там был символический золотой астронавт, им виделись образы будущего, а Роджер хотел добавить туда двух сражающихся монстров. Так что я пошел на кухню, взял глину и резину, а потом мы создавали этих самых чудовищ. Было очень весело.