Рецензия: «Холодное танго» с Юлией Пересильд и Риналем Мухаметовым

Рецензия: «Холодное танго» с Юлией Пересильд и Риналем Мухаметовым
Кадр из фильма «Холодное танго»

Фильмы о веках минувших уверенно шагают в ногу со временем нынешним. Одним — тем, что «о доблестях, о подвигах, о славе» и что пробуждают милосердие, — исторические искажения великодушно прощают. От иных — менее оптимистичных — напротив, требуют «правды-матки». Может быть, оттого и вызывают они нередко истерические споры.

Павел Чухрай никогда не боялся попасть под пресс неприятных вопросов, ярлыков и «экспертных заключений». Кажется, что, затрагивая болезненную тему русско-литовского — не столь общего, сколь сшитого грубой ниткой по живому — прошлого, режиссер «нарывается». Но это делает сама история… Прервав десятилетнее молчание, режиссер предлагает публике ленту о том, что происходило в 1940–1950-е годы, и о чем не любят говорить.

«Холодное танго» — любовный треугольник с остроранящими углами: Он, Она и Родина. Макса (Риналь Мухаметов) и Лайму (Юлия Пересильд) обстоятельства пометили вначале как еврея и литовку, потом как советского оккупанта и дочь предателя. Их разделят предрассудки, обиды, годы и колючая проволока, но любовь — сплав, не подвергшийся коррозии времени.

Строгие режимы будут сменять друг друга, одни станут сжигать, другие ссылать, жертвы превратятся в палачей, месть победит мольбу о прощении, а недолгое счастье будет горчить непримиримостью. Здесь сменяются неприятели, но образ врага остается неизменным, необходимым, государствообразующим. Рабочее название проекта — «Чужой», и он страшнее, чем одноименный фильм Ридли Скотта.

В основе сценария — «Колыбельная» режиссера Эфраима Севелы (три новеллы, действие которых происходит во время Второй мировой войны. — THR), ставшая поминальной молитвой о тех, кто не оплакан по сей день. Чухрай, выступивший и в роли сценариста, текст под коробящим названием «Продай твою мать» переосмыслил, не изменив, однако, автору.

«Холодное танго» стало финальным аккордом режиссерской трилогии о сталинском лихолетье. Не только хронология роднит нынешний фильм с «Вором» и «Водителем для Веры» — тема выбора, который судьба не дает, но перед которым ставит, проходит через все эти ленты.

Персонаж Мухаметова, то и дело выбирая жизнь, предает самых близких людей: сестру Лию, возлюбленную Лайму, свою дочь, начальника, народ и родину… Жизнь Макса — история малодушия: «промолчи — в палачи» воскресают в памяти рифмы Александра Галича.

«Я только уголь подвозил», — оправдывается бывший немецкий приспешник. Эту фразу повторит и главный герой, ставший винтиком машины государственного возмездия и осознавший, что у вероломства нет степеней и различий.

В танце ведет мужчина, но «Холодное танго» движимо женщинами. Первая — героиня Юлии Пересильд, в дивертисментах подражающей Марлен Дитрих из «Зарубежного романа». Вторая — Моника Санторо в роли матери Макса, сыгравшая в ключевом и самом пронзительном эпизоде фильма: она оказывается в ситуации сродни той, что пережила Мэрил Стрип в «Выборе Софи».

Совместный русско-литовский проект априори не мог стать бескомпромиссным. «И нашим, и вашим» досталось от режиссера, отказавшегося выбирать из двух зол: литовской теории «двойного геноцида» и молчаливого пролистывания неприятных страниц отечественной летописи. «Эх, родина, подруга ты моя суровая, что ж ты строгая такая, не пожалеешь, не простишь!» — уносит балтийский ветер отчаянный возглас Сергея Гармаша: его персонаж сидел на высоком посту, а потом и просто сидел.

И стал бы этот финал озвучивающим и без того очевидную мораль, если бы не итоговый титр, сообщающий число уничтоженных евреев, сосланных литовцев и погибших при освобождении Прибалтики советских солдат. Формулировки выверены, но что-то внутри сопротивляется их соседству.

Кажется, если бы те же слова были разбиты на три отдельных кадра, не веяло бы от них общепримиряющим ладаном. В лагерях нумеровали людей, статистика тоже скрывает человеческие судьбы за цифрами. Число жертв эпохи включило и безвинных, и палачей, словно уравняв их смертью (титром).

Благие намерения ясны, как и то, что «добрая память» ценится дороже твердой, так что даже от документалистов ждут умения сосредоточиться на хорошем, а плохое «отпустить». Однако равняться бы надо не на изменчивые воспоминания человека, не на порой вяло сопротивляющуюся подчисткам память страны и народа, но на взятое за константу: «Никто не забыт, ничто не забыто». Иные уравнения неверны.

«Холодное танго»

WDSSPR / Россия / Режиссер: Павел Чухрай / В ролях: Юлия Пересильд, Риналь Мухаметов, Карина Каграманян, Сергей Гармаш, Елисей Никандров, Ася Громова / Премьера 22 июня

Материалы по теме

  • Юлия Пересильд в спектакле «Кроличья нора»

    01 марта 2017 / Эвелина Гурецкая

    Актриса, как никто, умеет передать внутреннюю драму, при этом не прибегая ни к каким внешним приемам.

    Комментировать
  • Риналь Мухаметов: «Правильный юмор — это главная нота нашей жизни»

    15 июня 2017 / Анна Полибенцева

    Впервые Риналь Мухаметов появился в нашем журнале в 2014 году - теперь THR встретился с артистом и проследил, как он изменился с момента нашей последней встречи.

    Комментировать
  • Кинотавр 2017: звезды говорят

    16 июня 2017 / Редакция THR Russia

    Лиза Боярская, Ирина Горбачева, Андрей Звягинцев и другие - THR собрал все свои эксклюзивные видеоинтервью с 28-го «Кинотавра».

    Комментировать
Система Orphus

Комментарии

comments powered by Disqus

Письмо редактора