Скелет в будке

13.11.2013Кирилл Разлогов

Сегодня в Москве проходит премьера семейной драмы «Собачий рай» по сценарию Александра Адабашьяна об одержимости, страсти, советском прошлом и «скелетах в шкафу».

Фильм Анны Чернаковой и Александра Адабашьяна «Собачий рай» — явление в нашем кино необычное, поскольку эта серьезная и утонченно стилизованная картина рассчитана на семейный просмотр. Речь идет о репрессированной семье, которая из многолетней политической ссылки возвращается в родные места.

Реконструкция повседневной жизни московского двора середины 1950-х годов проведена с тонким эстетическим чутьем и знанием не только психологических, но и социокультурных реалий. Вместе с тем этот самый двор и эта квартира — своеобразный кукольный домик. Режиссер не скрывает, что речь идет об условном мире воспоминаний детства, где все проблемы и конфликты предстают в особом эмоциональном контексте и освещении.

В чутких женских руках молодого режиссера написанный десять лет назад сценарий Адабашьяна наконец обрел экранную жизнь. Название картине дает одержимость главного героя — мальчика, даже еще не подростка — любовью к своей собаке, которую взрослые оставили на Севере. И в течение всего фильма он ждет, когда же эта собака наконец приедет.

Его подруга — девочка из номенклатурной соседской семьи — помогает ему тайно готовить идеальное, пока пустое и заколоченное, помещение для собаки, куда дети втаскивают все предметы, которые, с их точки зрения, могли бы превратить собачью жизнь в рай на земле. Отсюда — очень важные для эмоционального климата картины комедийные элементы. Как у Хичкока, они оттеняют главное — семейные тайны («скелеты в шкафу») и мелодраматические коллизии, свидетелями и невольными участниками которых становятся юные герои.

В центре внимания зрителей всех возрастов оказываются наблюдения детей за отношениями взрослых, сложные переплетения прошлого и настоящего в судьбах нескольких семей, собранных вокруг этого типичного двора. Самые сильные в эмоциональном плане эпизоды фильма — всплески реализованных и нереализованных влечений, которые определили и определяют прошлое и настоящее детей, их родственников и соседей.

Глава семьи, которая оказывается в центре сюжета, — бабушка, властная и страстная, некогда разлучившая свою непутевую дочь с мужем и отобравшая ребенка, от имени которого ведется повествование. Теперь бывший (неизвестно, правда, насколько бывший) зять и отец живет по соседству, но реальные взаимоотношения тщательно скрываются от детей.

Александр Адабашьян, играющий эксцентричного деда, в самой манере исполнения, как и в стилистике сценария, подчеркивает условность социальных водоразделов и отношений между персонажами. Атмосфера ушедшего времени передана с филигранной тонкостью. Но проявляется это не столько в достоверной и детальной реконструкции, свойственной, скажем, недавно ушедшему из жизни Алексею Герману, сколько в изящной стилизации, где все коллизии предстают одновременно схематичными и трогательными.

И хотя отдельные эпизоды не всегда убедительны и финальная песня о прощании с любимым городом не совсем вписывается в сюжет, являясь, скорее, важным элементом ностальгии по советскому прошлому, картина в общем и целом удалась. А главное, она будет понятна и близка не только моим сверстникам, в эмоциональной памяти которых еще живо трагифарсовое советское прошлое, но и всем тем, для кого память предков — не только интеллектуальный концепт, но и вечно живое непосредственное переживание.