«Лукреция Борджиа» театра «Комеди Франсез»

«Лукреция Борджиа» театра «Комеди Франсез»
Фото: Полина Королева

Театр «Комеди Франсез» в театральном мире - своего рода «визитная карточка» Франции. Это единственный в стране репертуарный театр, финансируемый правительством, основанный в 17 веке декретом короля Людовика ХIV. Здесь ставились практически все пьесы Мольера и его знаменитых соотечественников - Бомарше, Дидро, Вольтера, Расина. В этом театре играли самые знаменитые актеры разных эпох, в числе которых Сара Бернар и Жанна Моро. На его сцене можно увидеть постановки от античности до современности, но все-таки в репертуаре преобладает классика.

На театральном фестивале имени Чехова «Комеди Франсез» частый гость. В этом году театр представил редко инсценируемую драму Виктора Гюго «Лукреция Борджиа». За основу писатель взял эпизод из жизни знаменитой внебрачной дочери Папы Римского, хранительницы секретов производства ядов, ставшей роковой фигурой в жизни нескольких поколений власти. Впрочем, у историков до сих пор нет единого мнения: то ли она сумела добиться высокого положения в обществе сотнями загубленных жизней, то ли была игрушкой в руках всесильных правителей семьи Борджиа и папского двора. Но сюжет пьесы - история любви самой опасной женщины эпохи к своему сыну, от руки которого ей суждено погибнуть - плод воображения писателя. Мрачная, и при этом романтичная трагедия Виктора Гюго написана в духе древнегреческих трагедий, где правит Рок. В стиле древнегреческих трагедий начинается и спектакль в постановке режиссера Дени Подапалидеса.

Фото: Полина Королева

Ощущение мрака и безысходности возникает с первых же минут: затемненная сцена, на заднике – видеопроекция сгустившихся туч на беспросветном небе, звучит погребальная музыка, еще больше нагнетая и без того мрачную атмосферу. В центре – огромная гондола, на лицах героев – маски, что сразу же делает понятным, где происходит действие: в Венеции, во время карнавала. Группа мужчин, явно собирающихся повеселится, почему-то ведет разговоры о загадочной женщине, точнее, о ее злодеяниях. Видно, что одно ее имя – Лукреция Борджиа – навевает на всех ужас. И лишь один из всей компании, капитан Дженнаро, не слышит этих рассказов, мирно засыпая под болтовню приятелей. Хотя именно ему и надо бы все это услышать в первую очередь. Этот юный Дженнаро – внебрачный сын Лукреции,  рожденный от  одного из ее братьев Борджиа, с которым она состояла в любовной связи. Впрочем, любовниками были оба ее брата. В итоге отец ребенка был убит именно родным братом. Лукреция  отослала сына подальше от греха. Он вырос сиротой, был воспитан в семье простого рыбака и совсем недавно стал получать письма от матери, не подозревая, кто она на самом деле. Этими письмами Лукреция постепенно прокладывала путь к сердцу своего ребенка, единственного существа, которого она по-настоящему любила.

Именно о силе материнской любви и написал свою пьесу Виктор Гюго: даже в душе монстра есть место возвышенным чувствам. В традициях античного театра режиссер-постановщик обыграл и появление главной героини. Лукреция Борджиа возникает из затемненного пространства, возвышаясь над окружающими. Полное ощущение, что она выходит на котурнах, как это было в постановках древнегреческого театра. Но оказывается, что это слуги выкладывают перед ней  помост, по которому она спускается к гондоле, к спящему там Дженнаро, своему мальчику. Далее события развиваются так, как им и положено в трагедии. Между матерью и сыном моментально устанавливается близость, хотя Дженнаро не подозревает, что перед ним родная мать. Драматург выстроил сюжет таким образом, что зрителям время от времени кажется, будто Лукреция благодаря любви к сыну изменится, раскается в содеянном. Но нет. Неумолимый Рок властвует над ней так же, как и над ее невинным ребенком, которому суждено убить эту женщину. Лукреция Борджиа лишь в последнее мгновение жизни произнесет слова: «Я твоя мать».

Мрачный спектакль, абсолютно в духе самой драмы, написанной Виктором Гюго. Но в нем есть особая эстетика, в первую очередь благодаря великолепным костюмах знаменитого Кристана Лакруа и работе художника по свету (Стефани Даниэль). Особое впечатление производит игра артистов, их поставленные голоса и прекрасная речь – в очередной раз пожалеешь, что не знаешь французского. Московские зрители после спектакля «Лукреция Борджиа» пришли к единодушному выводу: вот это и есть настоящий классический театр.

Фото: Полина Королева

Материалы по теме

  • Балет и танец на театральном фестивале имени Чехова

    30 мая 2017 / Эвелина Гурецкая

    Кубинские страсти Чеховского фестиваля.

    Комментировать
  • Французский Театр де ля Виль на Чеховском фестивале

    05 июня 2017 / Эвелина Гурецкая

    Парижский Театр де ля Виль попытался поразить московскую публику.

    Комментировать
  • Одиссея из актеров и марионеток Филиппа Жанти

    19 июня 2017 / Эвелина Гурецкая

    На Чеховском фестивале Филипп Жанти представил одиссею для актеров и марионеток под названием «Внутренние пейзажи» - очередное метафизическое путешествие режиссера в  свои воспоминания и фантазии.

    Комментировать
Система Orphus

Комментарии

comments powered by Disqus

Письмо редактора